Курс "Как искать своих предков"    Запись здесь

Публикации Коновалова Юрия Витальевича » Фрол Арапов и Чусовская слобода

[Четвертые «Малые Строгановские чтения». 5 декабря 2007 г., Первоуральск.]

 

Фрол Иванович Арапов хорошо известен историкам и краеведам как основатель Аятской слободы (сейчас – поселок Аять Невьянского района). Кроме того, с подачи А. А. Дмитриева Фрол Арапов прочно вошел в краеведческую литературу и как основатель Чусовской слободы[1]. Это в свою очередь породило краеведческое умозаключение о значительной роли Чусовской слободы в колонизационных процессах в Западной Сибири: «Чусовская слобода стала отправным пунктом колонизации Зауралья, своеобразною «дверью в Сибирь», форпостом продвижения русских на Урал, в Сибирь. Отсюда в 1669 г. крестьяне с Фролкой Араповым пошли за Камень строить Аятскую слободу, проложив, таким образом, «сухую» дорогу из европейской России в Сибирь.»[2]

Какой же в действительности была роль Фрола Арапова в формировании населения Чусовской (Уткинской) и Аятской слобод?

Документы однозначно показывают, что основателями и первыми слободчиками Чусовской слободы были Семен Васильев и Афанасий Иванов Гилевы, о чем недвусмысленно сообщает отписка верхотурского воеводы в Москву в год основания слободы (1651 г.)[3]. Вскоре слободчики попытались перевести слободу в ведомство Тобольского уезда. В 1653 году верхотурские власти добились восстановления прежних границ[4]. А в 1654 году, видимо, в отместку, заменили слободчиков приказчиком Томилом Нефедьевым, хотя срок исполнения обязанностей для слободчиков еще не кончился. После протестов крестьян Томило в 1655 году был снят с должности. И кроме Чусовской слободы, в которой восстановили слободчиком Афанасия Гилева, было отдано распоряжение строить Верх-Чусовскую слободу «выше новой Чюсовской слободы за 10 верст с усть Черемшанки речки по Черемшанке речке вверх по обе стороны, да с верх Черемшанки речки прямо на Утку реку, да по Утке реке вниз по обе стороны до устья.». Слободчиком в новую слободу и был назначен Фрол Арапов.[5] Это самое раннее документальное известие о нем.

В роли верхчусовского слободчика Фрол не преуспел – слобода так и не была построена. Кроме того, деятельность Фрола носила сомнительный характер - появился нелегальный путь в Сибирь: «в прошлом во 164-м (1655/56) году наложена из Сибири вновь окольная дорога по слободам через Утку и Кунгур на Каму». Дата появления дороги подозрительно совпадает со вступлением Фрола в должность. От проходивших тайной тропой «нелегалов» местные крестьяне терпели серьезные неудобства, а власти вынуждены были с осени 1659 года держать в Чусовской слободе таможенную заставу[6]. При этом, неизвестно, был ли у Фрола Арапова хотя бы свой двор на Чусовой. В переписи 1659 года среди жителей Чусовской слободы ни Фрол и никто из Араповых не показаны.[7]

В декабре 1660 года слободчиком Чусовской слободы по-прежнему оставался Афанасий Гилев. Фрол Арапов в это же время документами именуется просто «Чусовские слободы оброчным крестьянином». То есть, как слободчик он уже не воспринимался. Из его достижений в этот период можно отметить нелегальный перегон скота. В декабре 1660 года с него взяли штраф «за то, что он с тем скотом в таможне не явился»[8].

Но сам Фрол продолжал считать себя хозяином земель несостоявшейся Верх-Чусовской слободы. 1 марта 1662 года управление Чусовской слободой принял уже упоминавшийся выше Томило Нефедьев. В тот же день к нему обратились одиннадцать семей выходцев из Осинского уезда с просьбой поселиться «вверх по Чюсовой реке и вниз по Чюсовой же, где Фролко Арапов поселился. А в прежних годех та земля, где Фролко поселился, к новой же Чюсовской слободе з землею в одном чертеже была»[9]. Очевидно, что прежний администратор – слободчик Гилев – не противодействовал Арапову и появление Нефедьева - давнишнего недруга Арапова с Гилевым – позволяло новоселам надеяться на получение земельных участков. Но башкирские набеги 1662-1663 годов прервали развитие Чусовской слободы. Арапов, как и многие другие, покинул берега Чусовой. В 1663 году он отмечен в Краснопольской слободе, где составлял список крестьян[10]. Последнее, безусловно, свидетельствует о его грамотности.

В 1665/66 году Фрол Арапов был поверстан из крестьян в житничные дьячки Арамашевской слободы[11]. С этой должности он и был назначен слободчиком новой Аятской слободы. В ноябре 1669 г. арамашевский приказчик Илья Миронович Будаков в послании верхотурскому воеводе Федору Григорьевичу Хрущеву сообщает: «Да по указу великих государей и по вашеи верхотурской памяти арамашевскому дьячку Фролку Арапову велено в Верхотурском уезде вновь на Аяте слобода строить и крестьян прибирать. А в Арамашеве слободе у государевых житниц и в судной избе ныне дьячка нет, хлебной приход и росход и в судной избе всякие государевы дела писать некому, а в Арамашеве слободе грамотных людей никаких нет, и вам ко мне о дьячке Великих Государеи указ учинить. А ныне ево дьячка Фролка Арапова выслал к вам на Верхотурье для справки житнищных и посевных книг и велел ему явитца на Верхотурье вам в приказной избе.»[12].

О времени основания Аятской слободы существуют разные версии. А. Оглоблин высказал мнение, поддержанное В. А. Любимовым, что Аятская слобода появилась лишь в 1672 г.[13]. Наиболее развернутое описание событий, связанных с основанием и заселением Аятской слободы, дает сам Фролка Арапов в своем докладе, отправленном в Верхотурье 3 февраля 1671 года (сохранился в фондах ГАСО в копии начала XIX в.)[14]. К этому моменту Фрол успел «прибрать» в Аятскую слободу шестнадцать человек крестьян, тринадцать из которых получили по одному рублю ссуды. Были в слободе уже и священнослужители – поп и дьякон[15]. Вряд ли все они появились в январе 1671 г. Очевидно, что слобода уже существовала к концу 1670 года. Допустить, что Фролка успел основать слободу еще в 1669 г. трудно, так как в ноябре этого года он только отправился в Верхотурье сдавать еще арамашевские дела. Поэтому датой основания Аятской слободы следует считать 1670 г.

В докладе же Ф. Арапова подробно перечислены и основные проблемы, возникшие при основании слободы. Это и претензии крестьян Мурзинской слободы на земли бывшей Аятской ясачной волости, и самовольное поселение в границах новой слободы «рудного железного дела крестьян», и, главное, по мнению Ф. Арапова, препятствие для привлечения русских крестьян - «воровская черемиса»[16]. Впрочем, черемисы (марийцы) вскоре Аятскую слободу покинули, украв у крестьян лошадей. Из второго доклада Ф. Арапова, написанного через три месяца после первого, выясняется, что «черемиса» оказалась не такая уж и «воровская». Поселились марийцы на спорной земле по распоряжению приказчика Мурзинской слободы Григория Ушакова, который, видимо, таким способом решил расширить подведомственную ему территорию[17]. Узнав, что оказались вовлеченными в административный конфликт, марийцы предпочли выйти из ситуации, правда, не без криминала. На оставленной ими земле до сих пор существует село, носящее их имя[18].

Управлял Аятской слободой Фрол вполне успешно. При нем наблюдался активный приток населения. Если в феврале 1671 г., кроме слободчика и священников, здесь было шестнадцать крестьян[19], то в июне 1674 г. насчитывалось уже тридцать семь дворов крестьян и шесть дворов промышленных людей. Появился в слободе и небольшой гарнизон – пять беломестных казаков и пушкарь[20]. Следующий именной список Аятской слободы подводит черту под деятельностью её первого администратора: «…что принял у крестьянского ссадчика Фрола Арапова я, Иван, по налишному списку…»[21]. На обороте документа названо имя нового управителя слободы, на этот раз приказчика, - сын боярский Иван Круков (Крюков)[22]. В самом тексте время составления списка не указано; архивное дело датировано около 1676 г. Уточнить дату позволяет книга денежного и хлебного жалованья верхотурских служилых людей в 1670 - 1680 гг. В ней об Иване Крюкове сообщено, что «во 185-м году был [… (обрыв)] приказе и [… (обрыв)]»[23]. Поскольку за все остальные годы информация о назначениях Ивана Крюкова исчерпывающая, очевидно, что речь идет об Аятской слободе. Соответственно, аятским приказчиком Крюков стал в конце (7)184 г. или в начале (7)185 г., то есть, в августе-сентябре 1676 г. Этим же временем, следовательно, датируется и имянной список Аятской слободы. Списком в слободе отмечено семь казаков, пушкарь и пятьдесят семь оброчных крестьян и промышленных людей.

Власти оценили административные способности Фрола. В 1677/78 г. он бил челом «о разрешении завести новую слободу вверх по реке Чусовой на Казанской дороге»[24]. В 1678 г. ему было поручено «вновь слободу строить на порожнем месте, а межи тем землям от Казанской дороге вверх по Чюсовой реке до Чюсового озера, а вниз по Чюсовой реке до Волчьей горы, на востоке до Исетских вод»[25]. Но и вторая попытка обосноваться на Чусовой не удалась. О существовании этой слободы в дальнейшем ничего не известно. А Фрол Арапов в переписи 1680 года показан в «своей» Аятской слободе как «бывший слободчик»[26]. Там же он находился и 27 ноября 1682 года, когда население Аятской слободы присягало («целовало крест») новым русским царям Ивану и Петру Алексеевичам[27].

Из вышесказанного видно, что ни в основании Чусовской слободы, ни в её заселении Фрол Арапов заметной роли не сыграл. Высказывание Ю. А. Дунаева о роли чусовской «двери в Сибирь» тоже не подтверждается. Аятскую слободу Фрол основывал без опоры на население Уткинской, хотя некоторое количество бывших жителей последней со временем и оказалось в списках Аятской слободы.

Но участие в жизни реки Чусовой у Арапова к 1680 году не закончилось. В грамоте от 16 июля 1683 года Фрол Арапов фигурирует как «Чусовской слободы прикащик»[28]. Видимо «на приказе» он был уже 20 апреля, когда получил указ провести расследование деятельности таможенного целовальника Сулемской слободы Прошки Ошуркова[29]. Заступил он в эту должность незадолго до этого, так как еще в ноябре предыдущего года присягал в Аятской слободе. Неизвестно и как долго Арапов оставался чусовским приказчиком. Сведений о нем после 1683 года найти не удалось. Умер Фрол по мнению В. А. Любимова «после 1684 года, предположительно до 1697-го»[30].

Особого рассмотрения требует вопрос: кем был Фрол Арапов по происхождению и откуда он пришел на Средний Урал?

Единственное прямое известие об этом находится в переписи 1680 года. Сам Фрол Иванович «сказал: родился де он на Уфе, отец ево был в стрельцах. В Сибирь пришол во 169-м (1660/61) году.»[31] Казалось бы, все ясно. Тем более, что служилые с такой фамилией хорошо известны, в том числе и в Западной Сибири в XVII веке[32]. Некий подьячий Иван Арапов в 1652 году переписывал Чалнинский городок на Каме (сейчас – Набережные Челны)[33]. На основании известия переписи 1680 года В. А. Любимов достаточно умозрительно предположил происхождение Араповых из кипчакского (нагайского) рода, жившего на Каме у Лаишева и влившегося в дальнейшем в этническую общность нагайбаков[34].

Но насколько можно доверять словам Фрола Арапова? Проверка дошедших сообщений Фрола показывает, что он не стеснялся при определенных обстоятельствах давать искаженную картину действительности. В переписи 1680 года он сообщает, что пришел «в Сибирь» в 1660/61 году, хотя документы фиксируют его деятельность на Чусовой уже с 1655 года. Ошибка переписчика? Или, может, сам Фрол по какой-то причине хотел скрыть ранний период своей деятельности в Верхотурском уезде?

Два доклада 1671 года еще отчетливее показывают его недобросовестность как информатора. В первом он говорит о самовольном поселении «воровской черемисы», во втором – о поселении их мурзинским приказчиком; по первому докладу черемисы «пашни на себя единые лехи не пашут и нынешнему ко 179 году единые горсти ржи не сеяно», по второму – «осталось их черемиского заводу пять юрт, десятины с три роспашные земли»[35].

Сомневаться в происхождении Араповых из стрелецкой среды заставляет и полное равнодушие членов семьи Фрола Ивановича к военной службе. Привилегированное положение Араповых в Аятской слободе, позволяло им в определенной степени самим определять свою социальную судьбу, чем некоторые из них и воспользовались. Но ни один из них не связал себя с боевым сословием. Для стрелецких же детей было характерно стремление к службе если не в стрельцах, то в казаках. Если не хватало военных вакансий, стрелецкие дети записывались в посадские люди или хотя бы в ямщики, и только в крайних обстоятельствах - в крестьяне. Араповы же явно предпочитали крестьянство или гражданскую службу.

К тому же надо учесть, что выявленные моменты биографии Фрола показывают его определенную авантюрность. Эта черта характера и могла подвигнуть Фрола приписаться к служилому сословию.

Что же позволяют предположить документы, если оставить в стороне известие о стрелецком происхождении Араповых? Проанализируем известные факты биографии Фрола Арапова.

Первое. Сам Фрол Арапов имел на Урале статус крестьянина по крайней мере с 1660 по 1665 год.

Второе. Известен некий Иван Арапов, несомненно, родственник (отец?) Фрола, бывший крестьянином Уткинской слободы. В этом качестве он отмечен с 17 декабря 1665 г. по 30 января 1666 г. в трех записях таможенной книги Арамашевской слободы[36], где Фрол Арапов в это же время служил житничным дьячком.

Третье. Очевидна тесная связь Фрола Ивановича с семьей Гилевых. Одного из них он заменил в должности руководителя Чусовской слободы, другой прикрывал его земельные фактически самозахваты. Гилевы же – выходцы из крестьян Соликамского уезда Обвинской волости, деревни Вотчины (Вотчинской)[37].

Деревня Вотчина на реке на Обве по переписи 1623 года относилась к Чердынскому уезду. Во всех девяти дворах деревни жили Гилевы. Далее в этой же переписи описан «Погост Верхней Рожественской на реке на Обве, а на погосте крестьянских дворов: <…> (В) Родка Ильин сын Арапов з братиею с Ивашком да с Савкою; (В) Микитка Семенов сын Арапов да сын его Данилко»[38].

Таким образом, с учетом редкости фамилии, есть основания считать Фрола Арапова выходцем из крестьян Прикамья. В переписи 1623 года среди чердынских Араповых написан и возможный отец Фрола - Иван (Ивашко) Ильин.

Араповы и позднее продолжали жить в Прикамье, постепенно, вместе с другими семьями, расселяясь в южном направлении. В переписи Кунгурского уезда 1778-1779 гг. крестьяне Араповы отмечены в селе Тихоновском и в деревне Безгановских озер села Опачевского[39].

Самозванство Фрола Арапова, видимо, лично ему принесло определенную пользу. Назначение крестьянина на должность слободского приказчика, каковым Фрол являлся в 1683 году, было невозможно. Даже его заслуги в качестве слободчика роли не играли – большинство других слободчиков числились позже в крестьянах, иногда – в казаках. Только основателю Красноярской слободы – Якову Лепихину – удалось на недолгое время стать верхотурским казачьим атаманом[40]. Приказчиками же в слободах почти всегда выступали дети боярские, изредка – стрелецкие десятники.


[1] См.: Аятская слобода в конце XVII – начале XVIII вв.: Историко-родословные записки / Сост. Любимов В. А. Нижний Новгород, 1998. С.11.

[2] Дунаев Ю. А. Топонимы окрестностей Первоуральска. Первоуральск, 1992. С.62.

[3] Миллер Г. Ф. История Сибири. Т.3. М., 2005. С.345-347, 388.

[4] Миллер Г. Ф. Т.3. С.375-376.

[5] Миллер Г. Ф. Т.3. Л.385-393.

[6] Миллер Г. Ф. Т.3. С.401-403, 405.

[7] РГАДА. Ф.1111. Оп.4. Д.40. Л.223 об.-228 об.

[8] Миллер Г. Ф. Т.3. С.434-435.

[9] РГАДА. Ф.1111. Оп.1. Д.174. Сст.106-107.

[10] Архив СПб ИИ РАН. Ф.28. Оп.1. Д.1081. Сст.4 об.-5 об.

[11] РГАДА. Ф.1111. Оп.3. Д.23. Л.312-312 об.

[12] РГАДА. Ф.1111. Оп.1. Сст.133. Л.55 об.-56.

[13] Любимов. С.10.

[14] ГАСО. Ф.72. Оп.2. Д.891. Л.1-4.

[15] Приложение 1. Л.1-1 об.

[16] Приложение 1. Л.2-3.

[17] РГАДА. Ф.1111. Оп.2. Д.189. Сст.195.

[18] См.: Коновалов Ю. В. Предыстория и ранняя история села Черемисского (Режевской район Свердловской области) // Уральский родовед. Вып. 6. Екатеринбург, 2002. С.81-93.

[19] Приложение 1. Л.1.

[20] Любимов. С.13.

[21] РГАДА. Ф.1111. Оп.1. Д.201. Сст.8-10.

[22] Там же. Сст.8 об.

[23] РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.487. Л.541 об.-542.

[24] Любимов. С.11.

[25] Курлаев Е. А. Открытие горы Магнитной в верховьях р. Чусовой // Четвертые Татищевские чтения. Тексты докладов и сообщений, Екатеринбург, 18-19 апреля 2002 г. Екатеринбург, 2002. С.276.

[26] РГАДА. Ф214. Оп.1. Д.697. Л.820 об.

[27] РГАДА. Ф.214. Оп.1. Д.748. Л.89.

[28] ГАСО. Ф.24. Оп.2. Д.1436. Л.54-54 об.

[29] РГАДА. Ф.1111. Оп.2. Д.318. Сст.37.

[30] Любимов. С.11.

[31] РГАДА. Ф214. Оп.1. Д.697. Л.820 об.

[32] См. выше.

[33] Веселовский С. Б. Дьяки и подьячие XV-XVII вв. М., 1975. С.29.

[34] Любимов. С.11.

[35] Приложение 1. Л.2 об.; Приложение 2. Сст.195.

[36] ТГИАМЗ. КП 12652. Л.3, 3 об.-4.

[37] РГАДА. Ф214. Оп.1. Д.697. Л.881 об., 918 об.-919.

[38] ОР РГБ. Ф.256. Д.308. Л.141-141 об.

[39] ГАСО. Ф.116. Оп.1. Д.133. Л.584, 664, 670 об.-671, 674 об.-675.

[40] РГАДА. Ф.1111. Оп.1. Д.190. Сст.196.



Друзья, пожалуйста, нажимайте на кнопки соцсетей, этим Вы поможете развитию проекта!